Поиск по сайту:


 Locations of visitors to this page



С ВЕЛИКИХ НЕБЕС К ВЕЛИКИМ НЕДРАМ

Миф шумеров

Миф о нисхождении богини Инанны сохранился во многих вариантах. Больше всего расхождений существует в рассказе о судьбе Думузи. Кроме изложенного здесь — выдачи Думузи демонам, — имеются варианты, согласно которым Инанна упрашивает Думузи спуститься вместо нее в подземное царство, и варианты чудесного спасения Думузи, которому удается ускользнуть от демонов смерти. Уту по просьбе Инанны превращает Думузи в газель, или змею, или ящерицу.) Но классическим является вариант гибели и возрождения Думузи, возвращение которого в верхний мир знаменовало возрождение природы после зимней спячки.

С великих небес к глубинам великим госпожа Инанна уходит, покинув небо, землю оставив, спускается в недра богиня. Семь храмов своих в семи городах она покидает. Семь сил своих, семь тайн своих от смертных она уносит. В венце она, которому имя «Корона Эдена», лоб лентой повязан, ей имя «Чела украшенье». Бусы из лазурита ее украшают шею. Змейки браслетов вьются вокруг запястий, холмики грудей в сетке, ей имя «Ко мне, мужчина». Лоно скрыто повязкой, как у всех небесных владычиц. В веки ее втерта краска «Явись скорее».

С богиней шагает рядом желаний ее глашатай. Слова ее и наказы ухом он ловит:

— Слушай меня, Ниншубур, внимательно слушай. Как только я скроюсь, из глаз исчезну, жалобным плачем залейся на могильных курганах, в честь мою щеки и тело в кровь исцарапай, уста изорви ногтями. Бей в барабан, нещадно бей в барабан пред народом. В клочья порви одежду и обойди, как нищий, богов великих жилища. К Энлилю сперва зайди и молви, упав на колена, сквозь вопли:

— О, владыка, не дай погибнуть Инанне, дочери твоей, в страшном мире подземном. Не разреши серебру твоему; что взор ослепляет, пылью покрыться. Резчик подземный пусть сохранит твой лазурит, твой самшит пусть сохранит, гордость твою пусть не расколет. Если ж владыка ветров ухо к тебе не повернет и не откроет, времени не теряй, поспешай к мудрому Наине, владыке всех знаний. Не поленись ему повторить, что молвил Энлилю. Если и он промолчит, то иди к Энки, великого низа владыке, и повтори ту же мольбу, слово в слово. Энки знакомы и воды рожденья, и бессмертия травы. Теперь же простимся: путь мой налево, твой же — направо.

Идет Инанна, к горе подходит из лазурита, Но нет пути ей. На семь засовов врата закрыты. Кричит богиня, вопит богиня: «Открой ворота!» И вопрошает привратник Нети: «Крикунья, кто ты?»

— Открой скорее. Ведь пред тобою Звезда Восхода.

— Звезда Восхода, зачем явилась в страну Заката, В страну, где вопли, в страну, где стоны?

— Свою сестрицу, привратник Нети, мне видеть надо.

— Тогда, Инанна, снимай скорее, снимай корону.

— Зачем корону?

— В подземном мире — свои законы.

Сняла корону, и стало меньше одним засовом.

Суров привратник. Ждет от богини он жертвы новой:

«Теперь сорви, Звезда Восхода, со лба повязку!»

Сняла повязку. Привратник снова засовом лязгнул.

Сняла Инанна все облаченья и все наряды.

«Теперь иди!» — сказал привратник, окинув взглядом

Нагое тело той, что недавно еще сияло

Женскою красотой, что возбуждало и звало

Смертных мужей к любви и к продолжению рода,

Той, в которой живет и умирает природа.

Вошла Инанна, вступила в пещеру, склонилась пред троном

Своей сестры Эрешкигаль, владычицы непреклонной.

Сидят рядом с нею на креслах судейских семь Ануннаков,

Семеро судей, покорных слову ее и знаку.

Дух Инанны ушел от сестры ледяного взгляда.

Был труп ее брошен на крюк с трупами смертных рядом.

А на небе Ниншубур, глашатай желаний Инанны, плачем залился на могильных курганах, в честь владычицы щеки и тело в кровь исцарапал, бил в барабан, бил перед всем народом, одежду в клочья порвав, обходил храмы. Только владыка Энки на мольбу его отозвался. Из ногтей, не покрытых краской, грязь он выскреб, из этой грязи он сделал кургура. Из других ногтей, покрытых краской, грязь он выскреб. Из этой грязи сотворил галатура. Водрузил Этих уродцев он на ладони, дал наставленья, как вести себя в мире нижнем, и отпустил он их со словами:

— Летите, кургур с галатуром, и без Инанны, дочери любимой, не возвращайтесь!

И понеслись кургур с галатуром на крыльях мушиных, славя того, кто из грязи их вынул. В щели ворот подземных они залетели, так что и Нети, недремлющий страж, их не заметил. Нашли Эрешкигаль, нет, не на троне, рожающей в муках. Стоны услышав, кургур с галатуром на них полетели. И говорила владычица мрака, нет, не с супругом, со своею утробой:

— Долго ли будешь, чрево мое, терзать меня болью? И обратились кургур с галатуром к великой богине:

— Можем помочь тебе, о Эрешкигаль. Все в твоей воле.

— О, если можете, то изгоните боль из утробы.

— Можем, владычица! — радостно крикнули оба. — Многого мы не возьмем за эту работу. Труп на крюке.

— Берите, навозные муаш, только скорее меня избавьте от муки!

Кургур с галатуром, понатужившись, сорвали тело Инанны. Живою водою омыли его травою живою к нему прикоснулись, что дал им Энки, их родитель. И задышала богиня, поднялась, зашагала к воротам, слова не молвив. Ее Ануннаки догнали, ее Ануннаки схватили.

— Не торопись, Инанна, — они сказали богине. — Коль выбраться хочешь в мир, где ждут тебя боги, в мир, где смертные даров твоих ожидают, — выкуп должно тебе оставить — душа за душу. Демоны смерти станут твоею свитой. Им назовешь замену.

Вот Инанна выходит, а за нею демоны вьются. Они не ведают жажды. Голод им неизвестен. Им незнакома жалость. Вырывают они из объятий мужа его супругу, дитя, что жизни не знало, у матери отнимают. Первым Инанну встретил глашатай ее желаний, посол благородный Ниншубур. Еще на щеках его шрамы видны и порезы, в рубище тело. Увидев Инанну живою, он ей повалился в ноги.

И демоны тут набежали. «Его мы возьмем, Инанна, — сказали они богине. — А ты возвращайся в город. Тебя мы оставим в покое».

— Нет, — сказала Инанна. — Этого не возьмете. Он из подземного плена мне к жизни открыл дорогу. Демоны отступили:

— Что ж! Назови нам другого.

В славном городе Уре встретил Инанну Шара, там почитавшийся богом. Пред нею упал на колени. Демоны тут набежали, оглушая Инанну криком:

— Этого дай нам, богиня, а ты возвратишься в город. Тебя мы оставим в покое.

— Нет! — сказала Инанна. — Этого не возьмете. Песен он много знает. Стриг он мне как-то ногти и расчесывал кудри, песенки напевая.

Демоны отступили:

— Что ж, назовешь нам другого.

В город Кулаб вступила богиня. Здесь жил ее супруг Думузи. Был до спуска Инанны в толщу земную ее любовником скромным. Когда же она удалилась, на лоб напялил корону.

Увидев Думузи на троне, в гневе вскричала богиня:

— Хватайте его! Тащите! Такой он мне не нужен!





Copyright 2000-2017 Акиншин Петр

Все пожелания и предложения отправляйте на e-mail

404