Поиск по сайту:


 Locations of visitors to this page



ТЫСЯЧА БОГОВ ХЕТТСКОГО ЦАРСТВА

ПЕСНЬ ОБ УЛЛИКУММЕ

«Песнь об Ушшкумме» — самый интересный мифологический текст малоазийского региона, ибо он открывает путь к пониманию цикла греческих мифов о смене поколений богов, о борьбе богов и титанов. Кум-мии хурритского мифа соответствует греческий Олимп, на котором также сменяются поколения богов, оскопляя и изгоняя своих отцов. «Девять лет», срок смены богов в хурритском мифе, имеет точную параллель в гомеровском рассказе о царе Миносе, в девятилетие раз поднимающемся на гору для встречи с Зевсом, богом Грозы. Изображение битвы двух поколений хурритских богов имеет сходные черты с рассказами греческих мифов о битве богов и титанов. В то же время в греческих мифах отсутствует мотив роста каменного чудовища, угрожающего горе богов.

Пою я Кумарби, отца всех богов...
Таблица I

В городе Куммии, что на небесах, царствовал бог Алдану. Был у него сам Ану слугой. Через девять лет он Алла-лу изгнал и в Куммии воцарился. Ему же прислуживал Кумарби, отец бога Грозы, бога Солнца, бога Луны и прекрасной Иштар. Через девять лет Кумарби оскопил Ану, чтобы он не мог иметь сыновей, и, изгнав его, стал владыкой Куммии. Но и его изгнал через девять лет бог Грозы и братья его.

И стал думать Кумарби. Стал он замышлять против бога Грозы зло. Когда же вся душа его, как драгоценный камень, была обрамлена мудростью, он покинул свой трон, взял в руку жезл, обул ноги в буйные ветры, как в сапоги, и отправился из города Уркиса1, в котором жил, к Холодному озеру. Кружась над ним, он увидел большую скалу, и сердце его возликовало. Спустился он на эту скалу и оставил на ней свое семя.

Прошло время, и разродилась скала Холодного озера крепеньким малышом. Богини Судьбы и богини Защитницы взяли его и отнесли к Кумарби, положив на колени. Возрадовался Кумарби, начал убаюкивать младенца и выбирать ему имя поласковее. Не было у него лучшей советчицы, чем душа, и вступил он с нею в беседу: «Как мне сына назвать, которого мне принесли? Назову я его Улликумме2. Пусть он тянется к небу и станет там царем! Славный город Куммию пусть он растопчет! Пусть бога Грозы поразит, развеет его, как мякину, раздавит, как муравья! Пусть позвоночник Тас-мису3 надломит, как тростник! Пусть всех богов, что на небе, распугает, как птиц, пусть расколотит их, как пустые горшки! Но кому мне сына моего отдать? Кто примет его от меня как дар? Кто на темную землю доставит так, чтобы не увидел его ни бог Солнца, ни бог Луны, чтобы не узрел его бог Грозы, Куммии царь могучий, чтобы Иштар не увидела его, Ниневии владычица?»И призвал к себе Кумарби слугу Импалури, и молвил ему:

— Слушай, Импалури, что я тебе скажу! В слух превратись! Жезл в свою руку возьми. А ноги обуй в буйные ветры, как в сапоги! К богам Ирсиррам, вестникам моим, шагай! Скажи им: «Приходите! Вас Кумарби к себе призывает!»

Услышав призыв, заспешили, заторопились Ирсирры, поднялись они с тронов своих, путь мгновенный они совершили, и сказал им Кумарби:

— Сына возьмите! Примите его как дар, отнесите на темную землю! Торопитесь! Летите быстрей! Пусть на правом плече Упеллури4, на ком боги построили небо и землю, стоит он, как меч! Каждый день пусть растет он на сажень, а за месяц растет на четверть версты.

Взяли Ирсирры сына с колен Кумарби, подняли они его, как дар драгоценный прижали к груди, понесли, на колени к Энлилю положили.

Поднял очи Энлиль, на малыша посмотрел. Тело его из камня кункунуцци5. И начал Энлиль со своей душой говорить: «Кто этот малыш? Не суждено ли ему вступить в тяжкие битвы с великими богами? Лишь Кумарби мог замыслить такое зло! Он, породивший бога Грозы, породил ему и врага».

Только это промолвил Энлиль, как Ирсирры взяли малыша и поставили его на плечо Упеллури, как меч. И начал ребенок расти. Каждый день он вырастал на сажень, каждый месяц — на четверть версты.

Уже за пятнадцать дней стал Улликумме высоко. Словно меч, он в море стоял, и было оно по пояс ему. Как молот, вздымался тот камень, храмов уже достигая небесных.

Бог Солнца взглянул с небес, и увидел он Улликумме, с ним он встретился взглядом. И начал тогда бог Солнца беседу с душою своею: «Кто там в море растет не по дням — по часам, на богов непохожий?»

И направился бог Солнца к морю, когда же до моря дошел, руку свою опустил на лицо того, кто к небу вздымался. Камень нащупав, он задрожал от гнева и направился к богу Грозы.

Увидев его приближенье, прислужник бога Грозы Тасмису стал так рассуждать перед владыкой своим:

— Почему является к нам бог Солнца, властитель великой страны? Наверное, забота его не проста. Нам этим нельзя пренебречь. Ведь если на небе сраженье или мятеж, в нашей стране голод и смерть.

— Поставь трон, Тасмису, чтобы гость наш мог сесть. Стол прикажи накрыть, чтобы насытиться мог.
Бог Солнца, явившись, не сел на престол, не притронулся к пище. Дали чашу ему с питьем, не пригубил он ее. Тогда спросил его бог Грозы:

Уж не тот ли прислужник плох, Что поставил трон, Раз ты не хочешь сесть? Уж не тот ли стольник плох, Что поставил стол, Раз ты не хочешь есть? Уж не тот ли кравчий плох, Что чашу с вином поднес, Раз ты не хочешь пить?

Бог Солнца и бог Грозы
Таблица II

И услышал бог Грозы бога Солнца речь, узнал он, что в море камень растет. И от гнева его исказился лик. И снова он богу Солнца сказал:

На столе да будет сладок твой хлеб.

Вкуси ты его!

В чаше твоей да будет сладким вино,

Выпей его!

Пей, угощайся теперь,

Утробу свою насыть,

Делом займешься потом.

Услышав эти слова, бог Солнца стал светел душой. Стал хлеб на столе сладок ему, стало сладким вино. Насытив утробу свою, в небо он поднялся. Бог Грозы стал в свою душу мудрость вбирать. Он и Тасмису за руки взялись и вместе покинули храм. Сестра их Иштар спустилась с небес. И стала она с душой своей рассуждать: «Куда мои братья летят? Надо мне посмотреть».

Полетела быстро Иштар, братьев своих догнала, их за руки взяла. Полетели все вместе к горе, которую Хаззи зовут. Царь Куммии к морю лицо обратил. Он камень страшный увидел. И в гневе его исказился лик. Он на землю сел. Слезы его потекли как ручьи. Весь в слезах он такие слова произнес:

— Кто выстоять может в сражении с чудищем этим? Кого же оно не повергнет в страх?

И сказала тогда Иштар богу Грозы такие слова:

— Дано тебе, брат, мужества на десятерых, но надобно здесь другое средство иметь. Я отправлюсь к нему.

Бубен взяла Иштар и лютню и песню запела пред Улликумме. И пела долго она на острых камнях, плясала она перед ним, а камень был глух и нем. Тогда из моря вышла большая волна, и, коснувшись богини ног, она ей сказала:

— Перед кем ты поешь, Иштар? Зачем уста свои наполняешь медом? Глух этот истукан! Ничего он не слышит, ничего он не зрит! Милосердье ему недоступно! Уходи, о Иштар! Брата своего отыщи поскорей, пока камень не сделался могучим бойцом. Пока не разросся череп его.

Эти услышав слова, богиня Иштар сразу петь перестала. Отбросила бубен и лютню, украшения с себя сорвала и, в голос ревя, удалилась.

Между тем готовился к битве владыка Грозы, Тасмису отдавая приказы:

— Пусть приготовят корм для быков! Благовонное масло пусть принесут! Пусть натрут благовоньями Серри рога! Да будет золотом хвост у Теллы покрыт! Дышла в упряжи бычьей пусть повернут! Пусть сверху на упряжь камни положат! Пусть с неба грозы сведут, какие могут скалы за верст девяносто разбить, обломками поле покроют верст на восемьсот! Пусть вызовут буйные ветры и ливни, вместе с ними и молнии, чье сверканье ужасно!

Услышав эти слова, Тасмису, бога Грозы слуга, поспешил, заторопился. Он с пастбища Серри привел. Он Тел-лу спустил с Имгарру-горы, он ввел их во внутренний двор, благовонное масло принес, натер он Серри рога, хвост у Теллы золотом стал покрывать, дышло в упряжи бычьей он повернул, на упряжь камней наложил, с неба грозы он свел, взял боевое оружье, колесницы взял боевые.

И только тогда бог Грозы к Улликумме лицо свое вновь обратил и увидел, что тот стал выше в две сотни раз.

Первое сражение богов с Улликумме
Таблица III

Донесся призыв бога Грозы до других богов. Колесницы они запрягли и вступили на них. Грянул громом тогда Аштаби, могучий воитель. Громыхая, понесся он к морю. Воинство он повел из семи десятков богов. Но Улликумме потряс небеса, отряхнул их как одеянье. Он продолжал расти, возвышаясь над морем на две тысячи верст. Он был поднят, как меч, достигая покоев и храмов богов. Высотою он был в девять тысяч верст и настолько же был широк. Он у Куммии врат стоял, он стоял над Хебат6 и храмом ее.

Весть о боге Грозы не доходила к Хебат, и она, волнуясь о муже своем, служанке Табити такие сказала слова:

— Где мой супруг? Я слов не слышу его, и от других богов я не слышу вестей. Может быть, Улликумме, о коем вещали они, их одолел? Жезл в руку возьми, ноги обуй в буйные ветры, как в сапоги, на поле сраженья лети. От бога Грозы мне весть принеси;

Услышав эти слова, заспешила, заторопилась Табити, но, вылетев, увидала, что нет к полю боя путей и дорог. Закрыл их своим гигантским телом Улликумме. Заметалась Табити, не зная, что делать, как быть.

К госпоже она вернулась назад.

Тасмису же взял в руки жезл, ноги в ветры буйные обул, как в сапоги, на высокую башню взлетел, место занял напротив Хебат и слово такое ей молвил:

— Бог Грозы покинул Куммию, и я вместе с ним. Мы на месте, что поскромнее. Мы ждем, пока придет наш срок.

Увидала тогда Тасмису Хебат и навстречу ему сделала шаг. И упала бы с крыши она, если бы жены дворца не подхватили ее.

После того вернулся Тасмису к богу Грозы и господину сказал:

— Где же нам быть? Какую вершину избрать? Улликумме силен. Не останется вскоре на небе царя. Послушай меня! Давай в Апсу пойдем и там предстанем пред Эа, чтоб попросить у него таблички древних слов. Когда мы к воротам дворца подойдем, пять поклонимся раз, перед дверями его столько же поклонов отдадим, когда же появится он, пятнадцать поклонимся раз. И, видя, как мы покорны ему, Эа к мольбам снизойдет, вернет могущество наше былое.

Принял бог Грозы к сердцу этот совет, заспешил, заторопился он, с трона слетел своего. Взявшись за руки, боги совершили свой путь и Эа отдали поклоны.

Эа мудрость в душу свою вобрал и вышел во внутренний двор.

Объяснил Эа богам, что истукана из камня Кумарби сотворил, чтобы соперничал он с богом Грозы7.

Окончив речь, Эа отправился к Упеллури, исполину, на коем боги поставили небо и землю. Увидев Эа, Упеллури поднял глаза. После чего Эа начал речь:

— Упеллури, не знаешь ты разве, кто на тебе растет? Что камень на тебе стоит, сотворенный Кумарби против бога Грозы. Поднят он, как молот, небеса он и храмы богов, и Хебат собою затмил. Огромен ты, потому и не знаешь того, кто быстро растет.

Ответил Упеллури Эа так:

— Когда боги воздвигли на мне небо с землей, неведомо было мне. И когда отсекли от меня небо с землей, я тоже не знал. Теперь же что-то мешает мне на плече, но я не ведаю что.

Тогда Эа схватил Упеллури и правым плечом его повернул. И увидел Упеллури бога, что на плече его стоял. После чего обратился Эа к богам:

— Услышьте, о боги, слово мое. Неведомы вам дела далеких времен, отцов и дедов ваших дела, ибо записаны они на складнях, а складни те за семью печатями. Неведомо вам, что в давние времена небо с землей были к Упеллури прикреплены и что их от подножья отпилили пилой. Так и теперь мы отпилим того, кто на плече Упеллури стоит, кого сотворил Кумарби как соперника всем богам.

Услышав эти слова, укрепили боги свой дух и, заревев как быки, ринулись в бой, в последний бой с Кумарби и порожденьем его. Был впереди бог Грозы, а в руках его пламенела пила...

1 Уркис — хурритский город Северной Месопотамии.
2 Умикумме — дословно «Разрушитель Куммии», священного города бога Грозы.
3 Тасмису — брат и помощник бога Грозы.
4 Упеллури — великан, несущий на себе небо, землю и море.
5 Кункунуцци — какая-то порода камня, возможно, базальт.
6 Хебатп — главная богиня хурритов, супруга бога Грозы.
7 Здесь обрыв в тексте. Общее его содержание ясно из последующего рассказа.
 





Copyright 2000-2017 Акиншин Петр

Все пожелания и предложения отправляйте на e-mail

404